В 1937 году у Иосифа и Лидии родилась дочь Рита.

К этому времени Иосиф уже был достаточно известным архитектором. Он стал соавтором таких проектов, как Дом полярников на Никитском бульваре и здание Высшей школы милиции на Садовой-Кудринской улице в Москве, при его участии были разработаны генеральные планы городов Алма-Ата, Новомосковск, Павлово и Чусовая. Иосиф Длугач участвовал в создании проекта Дома Советов в Энгельсе, в планировке центральной части Нагорного района Баку, проектах в Алма-Ате, Звенигороде, Дзержинске, Москве, писал статьи об архитектуре, был членом Союза архитекторов, очень много рисовал, фотографировал. Ему были подвластны разные жанры. В наследии Иосифа остались прекрасные акварели, графика, скетчи, шаржи, реклама и плакаты.

В 1938 году семья Длугач переехала с Малой Татарской на улицу Горького, в дом по соседству со знаменитым Елисеевским магазином, к старшей сестре Лидии, Маргарите. Муся, как звали Маргариту домашние, была замужем за Максом Дижуром, высокопоставленным работником Наркомата пищевой промышленности, который в том числе запускал в Уссурийске МЖК (масложирокомбинат и получил от Микояна квартиру в самом центре города.

Переезд стал своевременным совпадением. Семья Длугачей с новорожденной дочкой жила в полуподвале, и старшая сестра Лидии, у которой не было своих детей, посчитала, что младенцу нельзя жить в таких условиях и перевезла их в свою квартиру. Едва они переехали, как по ложному обвинению в антисоветской террористической деятельности был арестован и вскоре расстрелян Макс Дижур. Мусю тоже арестовали, но вскоре отпустили. Она никогда и никому не рассказывала, почему и как это произошло. Дижур посмертно был реабилитирован в 1956 году.

В новой квартире были две большие комнаты, в одной из которых нашлось место для рояля. Иосиф, который все-таки был профессиональным пианистом, музыку не оставлял и в свободные минуты с удовольствием играл.

Предвоенные годы оказались для Иосифа плодотворными – он принял участие в разработке нескольких значительных проектов и опубликовал ряд статей в журналах «Строительство Москвы» и «Архитектура СССР». Когда началась война, он добровольно явился в военкомат, хотя имел бронь. По семейной легенде, он сильно поссорился с женой и ушел на фронт ей назло, впрочем, как бы это ни произошло, он о своем решении ни разу не пожалел, что отчетливо видно из его сохранившихся писем домой. Перед призывом он успел проводить жену и дочь в эвакуацию. Сначала они отправились в Свердловск, а затем в Чимкент, вместе с Союзом архитекторов.

Почти сразу Иосиф оказался на Смоленском направлении в инженерных войсках. Здесь наступала немецкая группа армий «Центр», а части Красной армии отчаянно пытались затормозить продвижение противника к Москве. К началу августа линию фронта восточнее Смоленска удалось на какое-то время стабилизировать. В ожидании грядущих успехов в готовившейся к наступлению 50-й армии была учреждена должность уполномоченного по сбору трофейного инженерного имущества. На эту должность был назначен старший лейтенант Иосиф Длугач.

«У нас в эти дни затишье, обе стороны «осваивают» свои возможности, – рассказывал Иосиф в письме от 21 августа. – Я тоже не теряю времени даром и привожу в порядок свое «хозяйство». Оно не маленькое, это хозяйство: много повозок, много коней и много ценнейших грузов, за которыми приходится следить неусыпно… Подразделение, которым я командую, стоит примерно в 8-10 км от передовых наших позиций (так положено по штату). Мне же часто приходится выезжать на самый передний край, откуда я только что вернулся после дневной поездки».

В письмах Иосиф ни на что не жаловался даже намеком – возможно, не хотел волновать родных, или по соображениям цензуры. Но нет никаких сомнений в том, что он, интеллигент, художник и музыкант, преуспевающий профессионал и отец семейства, покинувший уютный дом в самом центре Москвы, стойко и уверенно привыкал к тяготам военных будней. «Жизнь военная, фронтовая, начинает быть все более понятной и знакомой, – писал от в том же письме Лиде. – Если в первые дни было трудновато ориентироваться, то уже сейчас я довольно легко выхожу из разных положений, в которые ставит меня обстановка. Только вчера ночью довольно организованно перекочевали на новое место, так как прежнюю стоянку засек разведчик противника и я, во избежание всяких недоразумений, решил «переменить квартиру». Новая квартира расположена в сухом сосновом лесу, с хорошим лиственным покрытием сверху, и мы довольно удачно здесь разместились. Только ночи слишком темные, и ты, дорогая, можешь себе представить, как в такую темную, непроглядную ночь в полной тишине запрягаются кони, вывозятся повозки, вытягивается на дороге вся моя пешая и конная команда и тихо движется с тем, чтобы так же тихо и неслышно уйти в лес и в другом месте разместиться, уяснить обстановку, замаскироваться, затаиться, чтобы не были видно, слышно и заметно… Это одна из моих задач – быть незаметным и сохранить все, что мне доверено, и я пока справляюсь неплохо».